Кого заменит искусственный интеллект в России: проверьте, в какой группе вы сами
Автор: Елена Герба

Физический труд — самое защищённое место на российском рынке труда. Офис — самое уязвимое. Это не мнение, это замер.
Ниже — все индексы, источник и, главное, пять оговорок самого автора, которых не было ни в одном пересказе этой работы.
Это справочная статья: на неё будут ссылаться остальные публикации канала там, где нужны цифры по занятости. Читать подряд не обязательно, можно возвращаться за конкретным числом.
Что именно измерено
Ростислав Капелюшников, член-корреспондент РАН, заместитель директора Центра трудовых исследований НИУ ВШЭ. «Риски внедрения искусственного интеллекта для занятости в России», журнал «Вопросы экономики», 2026, номер 8, страницы 5–28.
Метод. Взята система балльных оценок, разработанная для Международной организации труда на базе классификации занятий ISCO-2008. Каждая задача внутри профессии оценена по шкале автоматизируемости: 0 — не поддаётся автоматизации вообще, 100 — поддаётся полностью. Затем оценки по всем задачам профессии сведены в один индекс: 0 — работу может делать только человек, 1 — работу может делать ИИ без участия человека.
Масштаб. Около 2,5 тысяч профессий и 30 тысяч задач; после укрупнения — примерно 3 тысячи задач и 423 профессии. Российские данные — микроданные Обследования рабочей силы Росстата. Классификатор ОКЗ-2014, он согласован с ISCO-2008, что и позволило перенести индексы на Россию.
Чего метод не измеряет — сразу, до всех цифр. Он не измеряет, что произойдёт. Он измеряет, что могло бы произойти, если бы ИИ обрушился на рынок целиком сегодня. Это разные вопросы, и автор это говорит прямо. К его оговоркам вернусь в конце — они важнее чисел.
Главная цифра
Индекс подверженности для всех занятых в России: 0,3.
Читается так: около трети всех профессиональных задач на российском рынке теоретически поддаются выполнению с помощью ИИ. Не треть рабочих мест — треть задач.
Кто наверху. Здесь ожидание переворачивается
Риск растёт с уровнем образования, а не падает.
Высшее образование — 0,37. Неполное среднее — 0,2.
По профессиональным группам:
Офисные служащие — примерно каждый второй сталкивается с угрозой лишиться работы или, в лучшем случае, радикально сменить функционал.
Руководители, специалисты высшей и средней квалификации — индекс около 0,4.
По отраслям проникновение наиболее вероятно в финансах, ИКТ(айтишники и связь), профессиональной и научной деятельности, государственном управлении и торговле.
Кто внизу
Все синеворотничковые профессии, связанные с физическим трудом, — индекс не превышает, как правило, 0,2.
Сельское хозяйство — 0,19. Автор называет это практически полной защищённостью.
Для отраслей вне сферы услуг ИИ, по этой работе, серьёзной угрозы не представляет.
То есть сварщик, монтажник, аграрий, водитель находятся в самой защищённой части рынка. А бухгалтер, кадровик, офисный администратор — в самой уязвимой.
Сколько всего рабочих мест в зоне риска
Для примерно половины всех рабочих мест в российской экономике риск нулевой.
Если добавить те, где он минимален, — не менее двух третей экономики практически полностью выпадают из зоны воздействия ИИ.
Риск разделён на шесть категорий: очень высокий, значительный, умеренный, низкий, минимальный, нулевой. Первые четыре сведены в «значимый риск» — это те, где риском нельзя пренебречь.
Значимый риск — примерно каждый третий работник.
Очень высокий и значительный вместе — примерно каждый десятый.
Полная автоматизация: меньше одного процента
Очень высокий риск означает угрозу полной автоматизации, то есть вытеснения работника с места.
И в целом по экономике, и почти по всем группам доля таких работников не дотягивает до 1%.
Исключений два:
Финансы — угроза полной автоматизации существует примерно для каждого десятого работника.
Офисные служащие — примерно для каждого седьмого.
Россия на мировом фоне
По методике МОТ глобально под значимый риск попадают около 25% работников. В развитых странах — 34%, причём 17% оказываются в группе с максимальным риском. В бедных странах — 11%.
Россия: очень высокий и значительный риск примерно в полтора раза ниже, чем в развитых странах. А значимый риск — каждый третий — развитым странам соответствует.
Автор относит Россию к странам с умеренным потенциальным воздействием.
Список, по которому угроза выше. Он весь против интуиции
По сводным мировым данным потенциальная угроза ИИ выше:
для женщин, чем для мужчин;
для молодых, чем для пожилых;
для городских, чем для сельских;
для работников с высоким образованием, чем с низким;
для более квалифицированных групп, чем для менее;
для самозанятых, чем для наёмных;
для тех, кто получает высокую зарплату, чем для тех, кто получает низкую;
для ИКТ, финансов, деловых услуг и госуправления, чем для сельского хозяйства, добычи и строительства.
Прочитайте этот список ещё раз. Молодой, образованный, квалифицированный, хорошо оплачиваемый городской работник — это и есть профиль риска. Ровно тот, кого принято считать защищённым.
Пять оговорок автора, которых нет ни в одном пересказе
Я сверил авторский текст с тем, как эту работу передали в прессе. Числа дошли. Оговорки — нет. Привожу их все.
Первая. Высокий индекс риска у профессии ещё не значит, что профессия исчезнет. Всё зависит от того, способен ли ИИ выполнять её задачи или только помогать их выполнять. Во втором случае, когда навыки работника дополняют ИИ, спрос на его труд может даже возрастать. Авторская формулировка: высокие показатели риска «не следует рассматривать как сигнал тревоги и как предвестник её неизбежного скорого исчезновения».
Вторая. Анализ отвечает на вопрос, что было бы, «если бы ИИ обрушился на рынок в полном объёме здесь и сейчас». Реально внедрение растянуто во времени, и реальное воздействие наверняка окажется намного слабее потенциального. Автор добавляет: даже его умеренные оценки, по-видимому, сильно преувеличивают угрозу.
Третья. Про долю под угрозой полной автоматизации — менее 1% — автор пишет: «и даже эта оценка, скорее всего, завышена».
Четвёртая, и она против успокоительного вывода. Доля офисных служащих по данным Обследования рабочей силы — менее 3% занятых. Автор сам отмечает: некоторые исследователи считают эту оценку заниженной, потому что во всех развитых странах она намного выше. Тогда вызовы окажутся серьёзнее.
Пятая, и тоже против себя. Расчёт опирался на возможности ИИ на сегодняшний день. Автор: нельзя исключить, что дальнейший прогресс намного их расширит, «так что негативные последствия окажутся гораздо более драматичными, чем это показано в нашей работе».
Обратите внимание на четвёртую и пятую. Автор пришёл к выводу «безосновательный алармизм» — и сам же привёл два условия, при которых его вывод рушится. Это и называется работать честно.
Почему это важнее самих цифр
Сложите два факта.
Первый: риск сосредоточен у образованных, квалифицированных, молодых и хорошо оплачиваемых.
Второй, по опросным данным: тревога по поводу ИИ сильнее всего в рутинном низкоквалифицированном труде.
Получается, что те, кто боится больше всех, рискуют меньше всех. Страх и риск разошлись — и разошлись не случайно, а в предсказуемую сторону: туда, где картинка заметнее. Робот на конвейере виден, а переписанная должностная инструкция бухгалтера — нет.
И то же расхождение измерено и для мышления: человек чувствует, что ускорился, а замер показывает, что замедлился.
Это один механизм, намеренный в трёх разных местах. Ощущение не является измерением — ни когда оно пугает, ни когда успокаивает.
Чего эта работа не говорит
Она не говорит, что ИИ безопасен для занятости.
Она не говорит, что вас не уволят.
Она не говорит, сколько времени есть.
Она не измеряет, что происходит на рынке сейчас, — только потенциал.
Она опирается на возможности ИИ 2026 года и прямо допускает, что завтра они будут другими.
И отдельно: это одна работа, одного автора, одним методом. Второй независимый замер по России нужен, и пока я его не прочёл, относитесь к этим индексам как к лучшей доступной оценке, а не как к истине.
Что с этим делать
Три вещи, и все проверяемые без меня.
Первое. Найдите свою профессию в списке выше и посмотрите, где она — в сфере услуг с работой за документами или в физическом труде. Это грубо, но направление задаёт.
Второе. Задайте по своей работе один вопрос: ИИ может делать мои задачи или помогать их делать? По этой работе разница между этими двумя случаями — разница между вытеснением и ростом спроса на вас.
Третье. Проверяйте любой прогноз, который называет срок и процент, по первоисточнику. Эту работу пересказали, сохранив числа и потеряв все пять оговорок. С любой другой будет то же самое — не из злого умысла, а потому что оговорки самое скучное в тексте и отваливаются первыми.
Источник: Капелюшников Р. И. «Риски внедрения искусственного интеллекта для занятости в России». Вопросы экономики, 2026, № 8, с. 5–28. DOI 10.32609/0042-8736-2026-8-5-28. Авторское изложение — на сайте INE от 18 августа 2026.
Проверять по первоисточнику, а не по пересказу, — чем канал и занимается.
#искусственныйинтеллект #рыноктруда #работа
Это опорная статья — к ней ведут все ссылки на данные из остальных публикаций. Основное идёт парами: вопрос человека и ответ Архитектора. Подпишитесь, если вам ближе разбор, чем приговор.
Оригинал на Дзене: https://dzen.ru/a/au4z7Gdhi2sZ_QWH